2 октября 2015 г.
Гражданина Украины, 36-летнего севастопольца Юрия Ильченко в первых числах июля задержали сотрудники Федеральной службы безопасности. Его обвинили в «экстремизме» на том основании, что в сети он критиковал аннексию Крыма и войну на Донбассе. 23 сентября суд продлил срок его пребывания под стражей на 2 месяца. По словам отца Юрия, Геннадия Ильченко, следователь ФСБ во время допроса продемонстрировал ему записи, в которых сын призывал украинские власти наращивать военную мощь. «Он свой способ предложил, как остановить войну. Надо увеличить армию и надо вернуть себе ядерное оружие, не для того, чтобы убивать, а для того, чтобы создать противовес…и остановить это побоище», – сказал Ильченко-старший Крым.Реалии. Он отметил, что следователь не предупредил о праве не свидетельствовать по делу близкого родственника. При этом Геннадий Ильченко добавил, что намерен в любом случае давать показания, поскольку является единственным свидетелем защиты. «У Юры много знакомых, но друзей нет, поэтому я единственный, кто может свидетельствовать в его пользу», – добавил он. Адвокат Ильченко Юрий Бердников отказался комментировать обстоятельства дела, сославшись на занятость.
По мнению отца подозреваемого, поворотным моментом в деле должна стать психиатрическая экспертиза, которую назначил следователь, фамилию которого он назвать отказался. «Если у него (Юрия – КР) найдут какие-то отклонения в психическом состоянии, тогда все повернется по-другому, тогда они, наверное, не смогут его судить», –надеется Геннадий Ильченко. Он также не исключил возможность принудительного лечения сына. Со ссылкой на следователя отец сообщил, что психиатрическая экспертиза Юрия может пройти как в Симферополе, так и в ближайших городах России – Краснодаре или Ростове-на-Дону. Об этом он сказал накануне первого с момента задержания свидания с сыном.
«Я не хочу, чтобы ему дали больше»
Основания для психиатрической экспертизы Юрия Ильченко есть. Восемнадцать лет назад он был освобожден от воинской службы в украинской армии «по психиатрической статье», утверждает отец. О необходимости обследования своего подзащитного в июле Крым.Реалииговорил и адвокат Бердников.
Член Совета по правам человека при президенте России Андрей Юров считает, что пока говорить о действующей системе карательной психиатрии, как это было в Советском Союзе, рано. Но угроза применения принудительного лечения в стационаре существует. «Говорить об этом как о массовом явлении я не могу. Есть отдельные случаи», – сказал Юров Крым.Реалии. Он добавил, что не располагает подробностями о ходе следствия по делу Ильченко.
Московский адвокат Дмитрий Сотников, знакомый с правоприменительной практикой в Крыму, сообщил, что, в соответствии с российским законодательством, следователь самостоятельно принимает решение о психиатрической экспертизе и месте ее проведения. «Для принудительногое лечения нужно, чтобы его признали либо психически больным в рамках гражданского процесса, либо в рамках уголовного процесса признали, что он совершил преступление в силу психического расстройства», – сказал Сотников в комментарии Крым.Реалии. В частных беседах правозащитники, мониторящие ситуацию с нарушением прав человека в Крыму, признают, что пока не смогли получить доступ к информации по делу подозреваемого в экстремизме Юрия Ильченко. Поэтому пока он остается вне поля зрения широкой правозащитной общественности.
Геннадий Ильченко после свидания с сыном в СИЗО Симферополя резко изменил стиль общения и попросил Крым.Реалии не беспокоить его по делу Юрия. Он отрицал давление на него со стороны следствия. Но на вопрос, почему не хочет рассказать о встрече с сыном, сказал так: «Я не хочу, чтобы ему дали больше».
Российская практика
История преподавателя Ильченко похожа на дело российского журналиста Андрея Новикова. В 2006 году за критику войны в Чечне против него было возбуждено уголовное дело по статье «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности». Журналиста, у которого когда-то был психиатрический диагноз, отправили на экспертизу в стационар, где он насильственно удерживался в течение года. После многочисленных обращений правозащитников и психиатров суд освободил Новикова из больницы.
Еще одно громкое дело – с насильственным помещением в психиатрический стационар активистки Ларисы Арап, которую в 2007 году продержали в стационаре полтора месяца за критику нарушений законности в психбольнице. У нее тоже было психическое расстройство, которое не требовало лечения в медицинском учреждении.
Именно на «нулевые» годы приходится пик использования психбольниц для расправы с неугодными российской власти активистами. После развала Советского Союза, где психиатрия была важным элементом подавления инакомыслия, Украина практически отказалась от практики насильственного помещения граждан в стационар. В годы президентства Владимира Путина в России участились случаи насильственного помещения граждан в больницы.
